Геннадий Краснопёров (mysoulgarden) wrote,
Геннадий Краснопёров
mysoulgarden

ИЗ ИСТОРИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА(62)

КАК ПРИХОДИЛИ В ЖУРНАЛИСТИКУ ПРИ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

Сейчас приобрести профессию журналиста просто: отдай тому или иному университету денежку (немалую, кстати) и – вот он желанный диплом о высшем журналистском образовании, который даёт доступ для работы в средствах массовой информации. И совсем неважно, что у такого «журналиста» нет жизненного опыта; нехватку этого опыта он легко «восполнит» с помощью Интернета, который подскажет, как сочинить интервью или статью на ту или иную тему. заданную владельцами телевидения, радио, газеты, журнала.

В советское время в многотысячной армии журналистов были в большинстве люди, пришедшие в журналистику с производства. К примеру, кто-то был на своём заводе новатором в слесарном деле, передавал свой опыт и рассказывал о своих товарищах в заметках и интервью, которые публиковались в заводской газете, а потом дублировались в областной газете. Через какое- то время он уже штатный сотрудник какого-то многотиражного газетного издания. Так появлялись в редакциях районных, областных всесоюзных газет, телевидения и радио слесари, столяры, трактористы, учителя, агрономы, зоотехники, учёные,- каждый богатый опытом в своём прежнем деле. Многие из них после этого учились заочно на журналистских факультетах высших учебных заведений,- практику свою дополняли теорией. А иные, как знаменитый Василий Песков, пришедший во всесоюзную газету «Комсомольская правда» без высшего образования (закончил только среднюю школу), пополняли свои знания так же, как это делали до них Горький., Сталин,- активным самообразованием.

А сейчас – рассказ моего белорусского друга Николая Андреевича Комлева, о том, как он стал журналистом
.

УРОКИ. ВСТРЕЧИ И … ОШИБКА

С Ольгой Петровной.jpg

(Николай Комлев с добросердечной женой Ольгой)

Морозно и сильный ветер. А нашу бригаду (занимались прокладкой труб водопровода и канализации) перебросили на новый объект в чистое поле. Переодеться, передохнуть и поесть негде, а руководство управления не торопится обеспечить вагончиком-бытовкой…

В армии я был внештатным корреспондентом дивизионной газеты и после службы, когда приходило вдохновение или возникала необходимость, брался за перо. Написал и в этот раз маленькую заметку о нашем бедственном положении и — в «Могилевскую правду». Заметку напечатали оперативно, и у нас не только появилась «бытовка», но решились другие вопросы. Это было мое первое выступление в областной газете. А через несколько лет я стал её штатным сотрудником.



В редакции, когда пришел оформляться на работу, была свободная должность корреспондента отдела партийной жизни, но ответственный секретарь Виктор Юшкевич предложил пойти к нему заместителем. Мол, должностной оклад выше, да и возможностей писать материалы на разные темы больше. Одним словом, расписал всё так радужно, что я тут же согласился, хотя опыта в секретарском деле не имел.

В первый же день работы четыре папки с материалами (на каждую страницу — папка) легли на мой рабочий стол. Из четырёх три макета надо было сделать сегодня и отправить в типографию, чтобы работающие во вторую смену линотиписты набрали подготовленные материалы, цинкографы сделали из фото клише, а заступившие в первую смену метранпажи сразу приступили к вёрстке.

На второй полосе надо было разместить пять материалов. Три вроде бы неплохо стали. Остальные никак не вписывались: один получался «сапогом», а другой по размеру велик, надо сокращать. Сокращение, знал по себе, авторы переносят очень болезненно. Пробую другие варианты, не получается. Время, между тем, идёт. Курьерша Галя Духович посматривает в мою сторону: скоро ли отдам ей нести в типографию хотя бы один макет. Начинаю нервничать. И тут подходит Юшкевич.

«Ну, как у нас дела?» — спрашивает. «Да что-то не стыкуется», — отвечаю с досадой. «А давай-ка так», — говорит Виктор Антонович. В один миг все пять материалов, которые мне не удавалось разместить, нашли своё место и «заиграли» на макете будущей полосы газеты.

Потом я ещё не раз наблюдал, как ловко, прямо-таки виртуозно Виктор Антонович чертил макеты газетных полос. У него каждый материал с ходу вписывался в отведенное ему место, обрамлялся красивой линейкой, получал броский заголовок.

Он был классным профессионалом не только в секретарском деле, которое очень любил, но и мастерски писал материалы на разные темы. Из-под его пера выходили злободневные фельетоны, репортажи и очерки. А сколько он выдавал на страницах газет ярких по композиции и содержанию фотографий!

Были моменты, когда Юшкевича не оказывалось в редакции, тогда на помощь мне приходил его второй заместитель Аркадий Леонтьевич Кондрусевич. Интеллигент, высокообразован, не лишён чувства юмора. Разговаривал, как правило, на белорусском, причём безукоризненно. Писал хорошие газетные материалы, повести и рассказы. Часто подписывался псевдонимом Ломачевский. От названия деревни Ломачи, что на Гомельщине, где Аркадий Леонтьевич родился, где прошла его юность. Его рабочий стол, который стоял напротив моего, всегда был идеально аккуратен, всё знало своё место, чего не было у меня. Замечательный человек, и одно удовольствие было работать рядом с ним!

В подвальном помещении редакции круглосуточно отстукивал телетайп, выдавая массу разной информации по линии ТАСС и БелТА. Номер газеты уже, можно сказать, готов, а тут важное сообщение ТАСС, которое надо срочно ставить в номер. Вычитываю и, не дождавшись курьера, сам мчусь в типографию, чтобы быстрее отдать это срочное в набор. Метранпажи Пётр Лисовский и Сергей Бондуркин ругаются и ломают уже свёрстанную полосу, чтобы освободить место для нового материала. Недовольны корректоры, которые почти каждую смену остаются на работе сверх положенного времени. Возмущаются печатники Савелий Вершук и Владимир Константинов, особенно, когда по телевизору показывают футбол или хоккей, а они, заядлые болельщики, не могут посмотреть матч. Подобное с выпуском газеты случалось часто. Порой приходилось задерживаться в секретариате или типографии до полуночи.

С утра, как правило, одним из первых к нам в секретариат заходил фотокорреспондент Анатолий Яковлевич Борчик — один из старейших сотрудников редакции, фронтовик. Прищурив свои небольшие тёмные глаза, внимательно просматривал каждую страницу свежего номера газеты,- искал свой фотоснимок.

«Сегодня номер очень содержательный», — непременно скажет Анатолий Яковлевич, увидев плоды своего труда. «Ничего интересного нет», — уныло заключит, если в номере нет его снимка.

Потом в секретариате другие сотрудники или внештатные корреспонденты. По делу и без дела.

Из внештатников как-то совсем незаметно появлялся инженер завода искусственного волокна имени Куйбышева Пётр Осмоловский. Зайдёт, перекинется несколькими словами, поинтересуется своим тихим голосом: не идет ли в номер его материал, и покинет кабинет. Зато громыхал Володя Фомиченко. Он громко рассказывал городские новости, свежие анекдоты, информировал нас, какая из городских спортивных команд вышла победителем в прошедших соревнованиях.

Он был невысокого роста, горбатый, с оторванной (подорвался после войны на снаряде) чуть не по локоть правой рукой. Своим профилем чем-то смахивал на юного Александра Сергеевича. Наверное, потому его ещё в детстве сверстники окрестили Пушкиным. И для многих, кто его знал, он был не иначе, как Пушкин. Одна из минских редакций даже умудрилась однажды прислать ему гонорар не на настоящую фамилию, а на Пушкина.

Володя хорошо освоил фотодело и так увлёкся этим, что забывал о своих физических недостатках. Фотографировал малышей в детском саду, выпускников школ, спортивные соревнования, передовиков производства, потом его пригласили работать фотокорреспондентом в многотиражную газету строительного управления «Лавсанстрой». Его снимки, фоторепортажи регулярно появлялись и в «Могилёвской правде».

Хорошими друзьями, помощниками газеты были мастер могилёвского завода «Строммашина» Тодий Булынка и многие другие внештатные корреспонденты.

Из бывших сотрудников частенько заходил (жил рядом с редакцией) народный поэт Белоруссии Алексей Васильевич Пысин. Тихий, задумчивый, немногословный. Я уважал Алексея Васильевича и как талантливого поэта, и как вообще хорошего человека. Ещё большей симпатией проникся к нему после одного случая. У меня была привычка выходить из редакции хоть на несколько минут «размяться». Однажды, вернувшись с прогулки, застал в кабинете Алексея Васильевича. «Ну, і што вы, таварыш Камлёў, убачылі новага ў ¬ горадзе? (Ну. и что вы, товарищ Комлев, увидели нового в городе?)» — спрашивает Кондрусевич. Я тут же выпалил, что на карнизе «китайской стены» (высотки на улице Первомайской) появилась световая рекламная газета, идёшь по улице и читаешь новости. «Там даже можно, Алексей Васильевич, поместить ваши стихи. Люди будут идти по улице и читать их», — ляпнул я, не подумав. Пысин изменился в лице: «Да мои стихи печатают минские, московские журналы, а ты...» — и, полный гнева, хлопнул дверью нашего кабинета.
Я не знал, что Алексей Васильевич так воспримет сказанное мною, иначе промолчал бы. «Теперь, — подумал, — будет обходить меня стороной». А мне так хотелось, чтобы он, как и раньше, заходил к нам, очень уж интересно было с ним общаться. И надо же, уже назавтра Алексей Васильевич зашёл в наш кабинет с самого утра и — прямиком ко мне. Как сейчас помню его слова: «Прабач, Мікола, учора я пагарачыўся, незаслужана абурыўся на цябе. Забудзем усё гэта…». На сердце у меня отлегло.

Спустя какое-то время я подготовил большой материал о творчестве Алексея Васильевича Пысина для республиканской радиостанции, которая вещала на зарубежные страны. Соприкоснувшись ещё раз с его стихами, прочувствовал, насколько они глубоки по образности, широте мышления, яркости отражения красоты родной природы. Поэзия воистину народного поэта!

Придя в «Могилёвскую правду», я очень боялся допустить ошибку в своей работе, неприятное это дело. Но, несмотря на мою постоянную бдительность, избежать этого не удалось. Однажды после выхода номера, который я вёл, в кабинете редактора раздался телефонный звонок. Какой-то деревенский дедушка озабоченно сетовал на то, что у него растут две внучки, а к приходу зимы вряд ли сможет приобрести им валенки. Обрадовался было, говорит, прочитав в «Могилёвской правде» о том, что в Бобруйске открылась фабрика по изготовлению детской тёплой обуви, но оказывается, что в этом году она выпустила только две пары валенок, а в следующем году с её конвейера сойдут четыре пары.

Стали разбираться: как так? Оказалось, что информация с фотоснимком поступила из БелТА на русском языке. Речь в ней шла не о двух парах валенок, а двух тысячах. Машинистка же при переводе текста на белорусский язык пропустила слово «тысячи». А я, вычитывая материал, этого не заметил. Вот и вышло не две тысячи пар, а всего лишь две пары...

Шёл на «ковёр» к редактору с полной уверенностью, что вернусь от него с выговором.

— Да, озаботил ты, Николай Андреевич, дедушек, — сказал, улыбаясь, Василий Ефимович и, не читая никакой морали, попросил дать в номер поправку.

Таким вот редактором был у нас Василий Ефимович Титовец.

Секретариат… В нём я научился многому, что необходимо журналисту в творческой работе. Всё это мне очень пригодилось, когда перешёл работать в отдел сельского хозяйства той же «Могилёвской правды!, а затем — когда стал собственным корреспондентом республиканских газет.

Николай КОМЛЕВ.

г.Могилёв Республики Беларусь

(Из книги «Былое»)

Subscribe

  • О СОВРЕМЕННОМ ПРЕМУДРОМ ПЕСКАРЕ

    Жил человек. До коронавируса. А после перестал жить… Его напугали уже первые сообщения об этой «смертельной для всех» болезни. После, год и ещё…

  • МЫСЛИ 83-ЛЕТНЕГО (31)

    ТАК МНОГО В МИРЕ ЗЛА, А В ЦЕЛОМ – НЕСОВЕРШЕНСТВА. И ВОТ - Я ДУМАЮ: «Если бы на нашей Земле каждый дееспособный, неустанно, ежкдневано, задавал себе…

  • И ВОТ – СТАРИК ПРИДУМАЛ… МАШИНУ ВРЕМЕНИ

    Старик любил радио. С самого раннего детства приобщился к нему. Тогда, в его военном детстве, не было в селе Красное (Удмуртия), где он жил (да и во…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments