Геннадий Краснопёров (mysoulgarden) wrote,
Геннадий Краснопёров
mysoulgarden

Categories:

100 ЛЕТ «БРЯНСКОМУ РАБОЧЕМУ» (11)

Мы, ветераны «Брянского рабочего» - Александр Тимофеевич Нестик и я – продолжаем свои воспоминания о газете нашей молодости,- советской газете, которая своими публикациями стремилась возвысить читателей, побудить их к творческому труду во славу Отечества. Сегодня вспоминает Александр Тимофеевич.

В НАДЁЖНОЙ СВЯЗКЕ

Скоро, 10 ноября, исполнится 84-й год со дня рождения Анатолия Петровича Кузнецова. Не из «круглых» дата, но было бы неблагодарностью в наши юбилейные дни не отметить и день рождения его, трижды редактора – «Брянского рабочего (1985-91 гг.), а ранее – «Брянского комсомольца» (1965-75 гг.) и позже (1991-94гг.) – журнала «Пересвет», им же и возрождённого при «Брянском рабочем», тогда ещё не альманаха. (Литературно-художественный альманах областного отделения Союза писателей России стал выходить позже, однако соучредителем и его тоже была наша газета, а заместителем главного редактора – он же, Анатолий Петрович). Но в этом году исполнилось и ровно 60 лет со дня прихода Анатолия в «Брянский рабочий», которому он отдал в целом четыре десятка лет – всю, до последнего дня, жизнь. И пошёл десятый год, как его нет с нами.

DSCN0500.JPG

(Сентябрь 2014-го года. У могилы А.П.Кузнецова, в очередной день его рождения. Александр Нестик,третий слева - с словом о своём товарище)

А принял Анатолия Кузнецова, выпускника Белорусского госуниверситета, Григорий Иванович Бубенок, сам всего за год до того назначенный редактором. (7 ноября исполнится 100 лет со дня его рождения). Потом, редакционный «хор мальчиков» однажды пропоёт Кузнецову частушки:
«…Он родился в Солове
На зелёной, на траве,
И сказала Солова
Ему веские слова:
- Не ищи по белу свету
Проторённых ты дорог,
А иди-ка, брат, в газету,
Как товарищ Бубенок.
Пусть души твоей горенье,
Твоё острое перо
Для грядущих поколений
Сотворяют лишь добро.
Он пришёл и стал по праву
В журналистские ряды
И снискал почёт и славу
За газетные труды.
Слава! Слава Кузнецову…».
И т.д., на четырёх машинописных страницах. Замечу, тогда он ещё не был главным, славили чисто за труды в рядах журналистских.

А Бубенок…Из таких, как и он сам, стал наш Григорий Иванович, легендарный редактор, по звёнышку собирать в надёжную связку ту редакцию, которая обеспечила небывалую популярность газеты – до 142 тысяч читателей. Такого тиража не было во всех окрестных областях. Его в редакции называли Батькой. Он редактировал не только газету, но и нас всех, кого «усыновлял». Хотя сам и сказал однажды, что ему «очень повезло на коллектив».

Давал уроки впрок, редактировал, разумеется, и Анатолия Кузнецова. Примечательно, что с поистине сыновним чувством именно Кузнецов за год до своей кончины успел опубликовать о Григории Ивановиче большущий очерк «Урок впрок. Эпоха Бубенка», перепечатанный в нынешнем году в канун исполнившегося 100-летия «Брянского рабочего».

Главный – о Главном. И о том самом главном, что связало свыше трёх десятков разнохарактерных личностей, словно звенья, в надёжную цепь, в единый творческий коллектив. И что позволило газете подняться по крутосклонам эпохи, над расселинами и пропастями, на вершину века.

Что же в числе основных достоинств Редактора-Бубенка назвал Кузнецов-Редактор в том очерке? Мудрость, открытость, железную логику, находчивость в любой ситуации, требовательность, незлобивость, справедливость и оптимизм. Поразительное совпадение! Когда к 80-летию со дня рождения самого Анатолия Кузнецова свой очерк опубликовал Алексей Корнеев, бывший при нём и в «Комсомольце», и в «Рабочем» ответственным секретарём, то, «обобщая человеческие качества Петровича», назвал: «мудрый, решительный, требовательный, ответственный, неподкупный, незлопамятный, внимательный, деликатный, чуткий». Впрочем, добавил ещё: «Может быть, порой излишне осторожный, медлительный? Так ведь не себя, а газету оберегал». Да совпаденье ль? Именно такие качества разглядел легендарный Главный в будущем преемнике, а чего не доставало – «доредактировал».

При них одним из звёнышков в связке довелось быть и мне, поэтому могу подтвердить: всё так и есть.



О них, обоих, уже рассказывал в своё время. И теперь добавлю только: связывало их ещё и мужество, свойство характера, вряд ли воспитываемое или перенимаемое, – противостоять сбивающему с ног течению и в случае необходимости идти ему встречь. Из почти десятка эпизодов в своих заметках «Однажды Петрович…» воскрешу в памяти читателей два. (Кстати, те заметки были опубликованы ещё при жизни их героя, и он, пуская их в свет, только подивился: «А ты, оказывается, всё, что я когда рассказывал, записывал?!». Да, был грех. Жалею, не всё).

Так вот, вкратце, первое из записанного. Школьником он, возвращаясь поздно ночью из Елионки, где учился, в родную Солову, вдруг разглядел впереди, на лесной опушке гроздь огоньков. Волки! Бежать? Куда? И он с воинственным кличем: «Ну и что ж, что вы волки? Я вас не боюсь! Да у меня пистолет, я вас всех перестреляю сейчас!». И пошёл на стаю. Огоньки попригасли. Вблизи они оказались цигарками отдыхавших лесорубов. Ошалевшие от такой дерзости, мужики забыли даже смолить и, молча, только глазами проводили удалявшегося смельчака. А того – душил смех…

А теперь вспомним его поведение в 91-м. Тогда, после публикации в газете, им подписанной, документов ГКЧП, а следом и откликов в их поддержку, поднялся поистине волчий вой. Не до смеху. Областному прокурору, Генеральному, лично Ельцину: измена, предательство, арестовать, привлечь к уголовной ответственности, посадить, газету закрыть, навсегда закрыть!.. Впоследствии, накануне 90-летия «Брянского рабочего», Анатолий Петрович рассказал о том сражении, поимённо назвав захлебнувшихся пеной злобы, – в трёх номерах под общим заголовком «Себя на сломе обрести». Воспроизвёл и главное из «Обращения ГКЧП к советскому народу», заключив по прошествии шестнадцати лет вопросом: ну, и с чем здесь нельзя согласиться? «Какие строки и слова пахнут заговором, изменой?».

Рассказал спокойно, обстоятельно, с документами в руках. Прицельно-убийственно. Точность – это ещё одна особенность его журналистского пера. Был у него заветный такой блокнотик-книжечка. Чётким, едва ль не печатным почерком он записывал в книжечку то, что могло пригодиться в его, без промаха стреляющей политической и военно-исторической публицистике. Патронташ! Иногда доставал в споре и просто цитировал, словно точку ставил или, как теперь говорят, контрольным выстрелом добивал. Как-то принёс ему почерпнутое где-то высказывание гитлеровского генерала об истинных планах «дранг нах Остен». Он дотошно стал уточнять: как звали генерала, когда и по какому поводу сказал, откуда почерпнул эти сведения? А когда я не смог на все вопросы ответить, то и не стал переписывать: патроны не должны быть холостыми.

Именно точные записи (ельцинских признаний, обязательных к исполнению указаний ТАСС, других государственных, партийных и даже бухгалтерских документов, высказываний друзей-перевёртышей и недругов-либералов) во многом помогли тогда, в 91-м, отбиться в прокуратуре, куда его и меня, как его первого зама, вызывали, от наседавшей стаи волков и шакалов.

Перечитайте – теперь это захватывающая, документально запротоколированная Кузнецовым-журналистом, история. Очерк «Себя на сломе обрести» так им и назван в подзаголовке – «История в документах». А открывалась публикация снимком двух подписей на бумажном листе над дверной ручкой. Тогда не думалось, а сегодня лестно, что рядом с кузнецовской подписью стоит моя: так, опечатывая дверь, мы наивно надеялись уберечь редакцию от вторжения, от банального «демократического шмона», который и не замедлил последовать. Открывали ящики столов, рылись в бумагах и даже мусорных корзинах… Оружие, что ли, искали?!

Во избежание осложнения положения газеты, мы тогда, на летучке во дворе редакции, добровольно сложили с себя полномочия руководителей. Но Кузнецов-Редактор не был бы, пусть и не прямым, наследником Редактора-Бубенка, если бы самоустранился. На его квартире, как в штабе, решалась дальнейшая судьба «Брянского рабочего»: обзванивались друзья газеты, печатались на его личной пишущей машинке обращения в Минпечати, в журналистский Союз, готовились документы для отстаивания прав в законодательных органах, снаряжалась поездка в столицу. Отстояли!

Позже, уже после ельцинского расстрела в 1993-м парламента, когда и в редакции назревал перехват власти с предполагавшимся изменением курса газеты, и когда редактором избрали меня, – тоже миром не кончилось. Пошли суды, попытки лишить «Брянский рабочий» законного статуса средства массовой информации и на этом основании приостановить её печатание. Что, собственно, и было уже предпринято. Потребовалось срочно, пока и туда не дотянулась рука «перехватчиков», перерегистрировать газету в Воронежском региональном агентстве по СМИ. Мало кто знает, но именно Анатолий Петрович Кузнецов, тогда уже в качестве моего заместителя, дважды за трое суток тайно смотался поездами в неблизкий Воронеж. Успели! Знали же о том только ещё двое из редколлегии – из-за опасения возможной утечки информации в навострённые уши хищников. А кое о чём и они не ведали. Обо всём знала только «домашний прокурор», как он именовал Тамару Клементьевну, верную подругу со школьной скамьи в стародубской Елионке.

И – ещё один из обещанных эпизодов, поведанных в прижизненной публикации «Однажды Петрович…». О мудрости. Была у Кузнецова-Редактора любимой притча для вразумления критиканов. Идёт, говорил, стройка. Одни прохожие возмущаются: какое безобразие, всё перекопано – пройти трудно! Другие же останавливаются: о, новый дом строится! Жизнь-то не остановишь. Это его приглашение взглянуть на факт с разных сторон подкреплялось реальным случаем. Когда сооружали дамбу на одном из брянских Судков, через который он ходил на работу в редакцию и мог сам это наблюдать, то загатили родник. Но тот пробил себе дорогу, размывая дамбу. Его снова завалили бульдозером. А он пробился! Вывод Петровича: нельзя глушить инициативу, невозможно противостоять движению, надо взглянуть на факт с другой стороны. И только когда строители так взглянули, они сделали для потока железобетонный пропуск и спокойно продолжили сооружать начатое.

Позже использовал он эту притчу и в «перестроечную» пору размыва основ государства Союза ССР. Не перехватили, говорил, поток, и вот, мутный и бурный, снёс он всё построенное… Мудрости не хватило? Или желания взять на себя тяжкий груз обновления? Наверное, и того, и другого.

Свой груз Анатолий Петрович нёс до последнего часа жизни. И сколько поднимал! Помимо газетной работы, возглавлял областную организацию Союза журналистов СССР; был председателем профкома редакции, депутатом областного Совета народных депутатов, членом бюро обкомов комсомола и партии, инспектором областного комитета народного контроля, делегатом комсомольских съездов и Всесоюзной (увы, последней) партконференции. Притом оставался лёгким в общении. Даже о Батьке-Бубенке невозможно сказать Иваныч, а Кузнецов был именно Петровичем, душой компаний, празднеств. Не чужд был устроить и дружеский розыгрыш. Да что сказать: Петрович и при исполнении той, приведенной в начале, частушки о нём, подпевал «хору мальчиков» и кружился с платочком над головой, обращая славословие в шутку.

В последний год Анатолий Кузнецов, уже выпустивший ряд документально-художественных повестей о брянских партизанах и подпольщиках, готовил к изданию объёмную книгу о их немеркнущих подвигах: гибли, но не сдавались. О собственной смертельной болезни знал и лишь одного добивался у врачей: сколько осталось жить – надо успеть закончить начатое. Даже уклончивое «может, месяц-два» его устраивало. Оказалось, счёт уже шёл на дни…

В годовщину смерти Анатолия Петровича известный брянский журналист, коллега и по «Брянскому рабочему», Леонид Моргач в публикации «Из когорты бойцов» привёл стихи (не самим ли и сочинённые?) об Анатолии Кузнецове:
«Если б все такими были,
Все такой несли бы груз, –
Ни за что б не развалили
Наши недруги Союз!»

В начальную пору этой «катастройки» ещё захаживал в редакцию Григорий Иванович Бубенок. Садился за журнальным столиком в кабинете заместителя (самого-то, Главного, знал, лучше не отвлекать), листал кипы газет, досадливо морщился, качал так и не поседевшей головою. И, мудрый, говорил о том же.

Александр НЕСТИК.

Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments