May 17th, 2017

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
василек я

ЭТОТ ДЕНЬ В ИСТОРИИ

17 МАЯ

1606 г. — Восстание в Москве. Лжедмитрий I убит и сожжён. Пеплом заряжена Царь-пушка. Единственный выстрел развеял прах самозванца.

1656 г. — Россия вступила в первую Северную войну (1655-60), объявив войну Швеции и начав на следующий день военные действия.

1718 г. — Английский юрист Джеймс Пакл запатентовал первый в мире пулемёт.

1727 г. — Умерла Екатерина I , российская императрица и на русский престол вступил Пётр II, малолетний внук Петра I.

1801 г. — На Марсовом поле в Санкт-Петербурге открыт памятник А.В.Суворову скульптора М. И. Козловского.

1805 г. — В Бонне состоялась премьера Крейцеровой сонаты Бетховена.

1809 г. — Император Наполеон обнародовал декрет, объявивший, что глава католической церкви лишается светской власти, а Рим и все владения папы присоединяются к Французской империи.

Collapse )
василек я

17 МАЯ РОДИЛИСЬ

Анри́ Барбю́с (фр. Henri Barbusse; 17 мая 1873, Аньер-сюр-Сен, Франция — 30 августа 1935, Москва, СССР) — французский писатель, журналист и общественный деятель, член Французской коммунистической партии (с 1923), иностранный почётный член Академии Наук СССР (1933)..

Французский писатель Анри Барбюс.jpg

Для нынешних русских, которым дорого советское прошлое, будет особо познавательным чтение книга Анри Барбюса «Сталин».

Эта книга – последнее большое произведение Анри Барбюса. Ею он закончил свой славный жизненный путь – путь крупнейшего писателя, пламенного публициста, достойного сына французского народа.

Вот начало той книги:

СТАЛИН
Человек, через которого раскрывается новый мир


I

Революционер царского времени

Красная площадь – центр Москвы и огромной европейской и азиатской России. Центр Красной площади – Мавзолей. На левом крыле Мавзолея, в котором спит словно живой Ленин, стоят радом пять-шесть человек.

Издалека они неотличимы друг от друга.

А кругом сходится и расходится симметрическое кипение масс. Кажется, будто оно выходит из-под земли и туда же, под землю, уходит. Во всю длину и ширину площади, от края до края, калейдоскопически развёртывается процессия – нескончаемое шествие, над которым трепещут кумач и шёлк, отягощённые буквами, словами; материя взывает.

Или это – колоссальный спортивный праздник: в своём стремительном движении впёред он разрастается, как парк. Или, наконец, – движение самой мощной армии в мире, разбитый на четырехугольники красноармейский народ.

Перед нами всплывает то та, то другая часть празднества: сверкание движущейся щетины штыков или шеренга юношей и девушек, или просто цепь гордых, счастливых, смеющихся и светящихся лиц.

Этот многочасовой одухотворённый прибой, этот восторг, излучаемый толпами, заполнившими ряды трибун вдоль зубчатой стены Кремля, кипит водоворотом возгласов и восклицаний. У этого водоворота есть центр. Возгласы сливаются в одно имя: «Сталин!», «Да здравствует товарищ Сталин!». Один из стоящих на Мавзолее Ленина подносит руку к козырьку или приветственно поднимает её, согнув в локте и выпрямив ладонь. Человек этот одёт в длинную военную шинель, что, впрочем, не выделяет его среди других, стоящих радом.

Он и есть центр, сердце всего того, что лучами расходится от Москвы по всему миру.

В Советской стране его изображение – в скульптуре, живописи и фото – повсюду радом с изображением Ленина. Нет того уголка на заводе, в казарме, в учреждении, нет той витрины, где на красном фоне, между живописной диаграммой социалистической статистики (антирелигиозная икона!) и эмблемой серпа и молота, мы не увидели бы его лица. Недавно в России и других советских республиках был на всех стенах расклеен плакат с огромными, находящими друг на друга профилями двух умерших и одного живого: Маркс, Ленин, Сталин. Не много есть таких жилых комнат в рабочей ли, в интеллигентской ли семье, где не было бы портрета Сталина.

Вот оно – лицо народа, населяющего шестую часть мира, того нового народа, который вы любите или ненавидите.

Через несколько часов – обед. В России время его не отличается определённостью: у огромного большинства «ответственных» распределение дня зависит от работы. На сей раз пусть это будет, если угодно, в два часа дня.

Кремль – это многоцветная крепость, возвышающаяся в самом центре Москвы. За стеной с варварскими башенками, раскрашенными в зелёный и красный цвета, расположен целый город древних златоглавых церквей и старинных дворцов (там есть также большой новый дворец, выстроенный в XIX веке одним из богатых помещиков романовской династии и похожий на отель Карлтон).

Тут, в Кремле, напоминающем выставку церквей и дворцов, у подножия одного из этих дворцов, стоит маленький трёхэтажный домик.
Домик этот (вы не заметили бы его, если бы вам не показали) был раньше служебным помещением при дворце; в нём жил какой-нибудь царский слуга.

Поднимаемся по лестнице. На окнах – белые полотняные занавески. Это три окна квартиры Сталина. В крохотной передней бросается в глаза длинная солдатская шинель, над ней висит фуражка. Три комнаты и столовая обставлены просто, – как в приличной, но скромной гостинице. Столовая имеет овальную форму; сюда подаётся обед – из кремлевской кухни или домашний, приготовленный кухаркой. В капиталистической стране ни такой квартирой, ни таким меню не удовлетворился бы средний служащий. Тут же играет маленький мальчик. Старший сын Яша спит в столовой, – ему стелют на диване; младший – в крохотной комнатке, вроде ниши.

Покончив с едой, человек курит трубку в кресле у окна. Одет он всегда одинаково. Военная форма? – это не совсем так. Скорее намёк на форму – нечто такое, что ещё проще, чем одежда рядового солдата: наглухо застёгнутая куртка и шаровары защитного цвета, сапоги. Думаешь, припоминаешь … Нет, вы никогда не видели его одетым по-другому – только летом он ходит в белом полотняном костюме. В месяц он зарабатывает несколько сот рублей – скромный максимум партийного работника (полторы-две тысячи франков на французские деньги).

У человека с трубкой немного суровое лицо рабочего. Не глаза ли – экзотические, чуть-чуть азиатские – придают ему ироническое выражение? Есть у него что-то такое во взгляде, в чертах лица, от чего он всё время кажется улыбающимся. Или, точнее – постоянно кажется, будто он сейчас рассмеётся. Таким же был когда-то и тот, другой. Не то чтобы взгляд был немного насмешлив, но глаза постоянно прищурены. Не то чтобы нечто львиное в лице (хотя есть отчасти и это), но выражение тонкого крестьянского лукавства. Он очень часто улыбается и смеётся от чистого сердца. Говорит он мало – он, умеющий три часа подряд беседовать с вами по случайно заданному вопросу; умеющий так осветить любую проблему, что в ней не останется ни одной неясной грани. Он смеётся и даже хохочет гораздо охотнее, чем говорит.

Вот он – величайший и значительнейший из наших современников. Он ведёт за собою 170 миллионов человек на 21 миллионе квадратных километров. Он соприкасается в работе с множеством людей. И все эти люди любят его, верят ему, нуждаются в нём, сплачиваются вокруг него, поддерживают его и выдвигают вперёд. Во весь свой рост он возвышается над Европой и над Азией, над прошедшим и над будущим. Это – самый знаменитый и в то же время почти самый неизведанный человек в мире.

Collapse )
василек я

ОТ ПРИРОДЫ, МОЕЙ СООБЩНИЦЫ

Каждый год добавляю в своих садах не только какие-то новые виды цветов, но и деревья, кустарники. Что- то из того варварски вырубают. Вот и в нынешнем сезоне начались такие порубки. Возобновляю уничтоженное новыми посадками. В этом мне помогает сама природа,- без моего ведома рассевает разные семена. Они прорастают, и получаются, неожиданно для меня, новые растения. Так появились, во множестве, пока ещё небольшие деревца моего любимого русского клёна.

Этот вырос на цветочной клумбе:

IMG_2348.JPG

А этот спрятался от злых глаз в кустах сирени:

IMG_2874.JPG

Мы (Природа и я) такими совместными действиями побеждаем наших неприятелей.